Станислав Севастьянов

Женская загадка

Он встретил ее рано утром. Обычно встречал в обед или вечером, а это в половине девятого. Куда она в такую рань в нерабочий день? Удивление и любопытство – верные двигатели пытливого ума, а у него ум был еще какой пытливый, ведь он писал кандидатскую диссертацию по моллюскам. И он не выдержал и наконец решился подойти к ней. «Вы куда в такую рань? – так и спросил он без предисловий. – Не лучше ли побыть еще в постели?» И даже возбудился, представив ее обнаженной и томной, лежащей под одеялом. О, моллюски тотчас отошли на второй план, ему захотелось исследовать иной предмет. А она словно и не удивилась, словно сама ждала, когда он с ней заговорит. И отвечает: «Мои руки всегда на виду, вот иду делать маникюр». Маникюр? Его пытливый ум вдруг отупел и был сбит с толку. Какой маникюр? На каком виду? А вы кем, простите, работаете? А она ему улыбается и предлагает загадку: «А вот догадайтесь! А я тороплюсь, уже опаздываю». И она ушла, а он три дня ломал себе голову. «Мои руки всегда на виду». Продавщица в магазине? Билетерша в музее? Парикмахер, в конце концов? Господи, да кто же она? И чего ей не спалось в такую рань? Он снова подумал о теплом одеяле, но моллюски были уже на третьем плане, к черту моллюсков, тут предмет поважнее… А может, билетерша, но не в музее, а в театре? Или в трамвае? Но он представил ее кондуктором и немного приуныл: уж лучше в магазине на кассе, хотя все равно мужчины с селедкой и пивом, все равно он ревнует. Ну кто ты, кто? Маникюр! Зачем вам вообще маникюр, женщины? Подумайте о мужчинах, ведь вы их своим маникюром с ума сводите. Кстати, а сам-то он зачем из дома вышел?.. Да какая теперь разница! И моллюски, будь они неладны, кому до них есть дело! Вот маникюр, это да. А может, все-таки парикмахер? Или учитель рисования?.. И через три дня он бы в самом деле сошел с ума, но вовремя слег в больницу. А спустя месяц в тихой, безнадежной задумчивости шел по тротуару и вдруг увидел ее лицо, точнее афишу: господи, да она же пианистка! И завтра у нее концерт! И он как угорелый побежал в книжный магазин, чтобы купить биографию Шопена: а то она будет за роялем, а он как дурак со своим пытливым умом в зале. И ничего не знает про этого Шопена.