Станислав Севастьянов

Счастье и его счастливчики

«Существует ли на свете счастье?» – предавался размышлению Петр Петрович Галкин, сидя под кленом в городском сквере и всухомятку поедая купленный за двадцать три рубля нарезной батон. «А если оно существует, то существуют и его счастливчики, логично?» И он попытался представить себе картину, на которой зримо виделось бы и само счастье, и эти самые счастливчики. И представил: загородный дом, распахнутая из столовой дверь на террасу, на террасе премилая женщина, которая дышит свежим утренним воздухом в предвкушении, что сейчас надышится и зайдет в дом, а на столе ее ждут вареные яйца, бутерброды с сыром и чашка кофе… Ну разве она не счастливица? И под деревом, если захочет, тоже может посидеть, вон какой у нее сад, может хоть под яблоней, хоть под грушей, а не под кленом каким-нибудь. Он бы сейчас тоже съел вареное яйцо с бутербродом и выпил кофе. Вот бы он был счастливым! А то этот нарезной батон уже в горло не лезет, ей-богу. Да, счастье и его счастливчики несомненно где-то существуют. Даже, может быть, и под кленом. Сидят сейчас эти счастливчики под этим кленом и смакуют батон. А кому-то это может лишь сниться, кто-то сейчас под забором сидит и сухарь грызет. «Эх, до чего же хорошо быть счастливым!» – воскликнул Петр Петрович. И с наслаждением доел горбушку у своего нарезного батона.

Пьер Боннар: Столовая в загородном доме