Ирина Полуянова

Предчувствие грозы

Он мчался к ней на всех парусах, подгоняемый теплым майским ветерком, маневрируя, как опытный лоцман, в узких рукавах танцующих улочек, освеживших свои наряды белым пенистым кружевом сирени. Весело подмигивал трехглазому маяку, оберегающему его курс от опасных пересечений, встречных потоков, в штиль поглядывая на веселых пичужек, пока еще беззаботно-бездетно порхающих в потоках пьянящего весеннего воздуха, которым невозможно надышаться после снегов. И с замиранием сердца мечтал о той минуте, когда его парусник наконец войдет в родную бухту. «Здравствуй, моя Любовь!» – прошепчет он шелестом весенней листвы и зацелует личико милое небесными брызгами, открывающими занавес первой грозы. И пригладив ее волосы легкого ветра порывами, он бросит свой якорь у родного причала. И пусть для всех она – только милая Любочка, прелестная девушка из пятой квартиры, но сердце не обманывалось и чувствовало, что это его сокровенная, предугаданная Любовь!

Томас Кинкейд: Маяк надежды