Короткие рассказы

На излёте лета

В прошлом августе мне довелось гостить у родственников в деревне. Раздолье, запахи трав, дурманящий воздух – что еще нужно городскому жителю, чтобы отрешиться от многолюдья, асфальта и бетонных стен и воскреснуть для новой деятельной жизни. Принимали меня замечательно, радушно, и я в самом деле чувствовал себя каким-то обновленным. А еще мне дали поручение: каждый вечер я ходил за парным молоком к старикам Тюриным, жившим у самой околицы. И вот как-то раз я пошел к ним не напрямую, через всю деревню, а навесил на свой путь большой крюк через поля: заглянул в дальний березняк, вдоволь натрогался березок, наслушался каких-то чудных птиц, – и назад в деревню возвращался уже через подсолнуховое поле. Большое такое, густое, ну почти джунгли, так что я в один миг подумал даже, что заблудился. И рассмеялся сам от себя, что в такую несуразицу влип. И тут я наткнулся на этюдник с картиной. Картина не сильно большая, но и вовсе не маленькая. А на ней подсолнух, я даже полюбопытствовал, встал перед картиной и нашел того, кто позировал. Голова у него, правда, уже была сильно повернута в сторону, а так очень даже похожий портрет. Я огляделся, нет ли поблизости того, кому это принадлежало, но никого. А потом я крикнул во весь голос: «Художник!» – и снова никого, как сквозь землю провалился. А оставленные принадлежности ведь не дешевые, там одних красок была целая коробка, да и кистей не меньше. Я потрогал пальцем выдавленную для рисования охру в этюднике, она почти засохла, что говорило о долгом отсутствии хозяина. Но что могло случиться?.. Постояв и подумав в сомнениях, я наконец решился, собрал все причиндалы, картину под мышку – и за молоком. А бабка Анна меня уже заждалась, на крыльце стоит с трехлитровкой. Я вручил ей сотенную, банку сунул в холщовую сумку, которая была у меня с собой, и собрался было откланяться, как на крыльце появилась девушка. Тонкая, прелестная, красивая. Я аж натурально рот разинул, потому как ничего подобного у стариков прежде не видал и увидеть не ожидал. А она как увидит у меня этюдник, да как обрадуется. И рассказывает: оказалось, она два дня только как приехала к дедушке с бабушкой погостить, а подсолнухового поля того прежде никогда тут не было. Утомившись за работой, хотела сбегать домой подкрепиться, а вернуться на прежнее место уже не смогла, потому что не могла его вспомнить. Дед наутро обещал вместе с ней поискать, да вдруг дождь или еще что. В общем, на радостях она ту картину мне и подарила: «Смотрите и вспоминайте, с какой растеряшей познакомились», – смеялась она. А я картину, конечно, принял, а на следующий день мне уже и в город возвращаться… Теперь подсолнух висит у меня на стене, а та девушка… ну что с ней, да ничего. Весь измучился я с тех пор, так и стоит она у меня перед глазами на крыльце, как мираж дивный… А на следующее лето я снова к родственникам напросился, только теперь подольше погощу: уж больно вкусное молоко у стариков Тюриных. Ей-богу.

Читать еще:



Автору 100 рублей на чашку кофе: