Станислав Севастьянов

Единственный в своем роде

Когда иной раз после сытного и приятного ужина он смотрел на свою жену, он думал: «Какой же я счастливчик, что у меня столь хорошая жена. Я прямо-таки редкий счастливчик, откровенно говоря. Я счастливчик на загляденье, прямо скажем. И ей со мной в этом плане очень повезло, ей-богу, а то достался бы ей какой-нибудь страдалец, оттого что у него поганая жена, которая кроме яичницы ничего не умеет, вот зачем ей его вечно унылая физиономия?» И он подходил к зеркалу, чтобы убедиться, что физиономия у него и впрямь не унылая, а довольная. Счастливчик, в общем, что ни говори. И он трогал пальцем свои щеки и щипал себя за подбородок, чтобы удостовериться, что счастье его не поддельное, а натуральное. А удостоверившись, брал свежую газетку и удобно устраивался в кресле, чтобы узнать, что на свете творится и один ли он такой довольный счастливчик среди человечества или еще попадаются. Но других таких не попадалось, и он еще больше любил свою жену, благодаря которой он был уникальным и единственным в своем роде.