Станислав Севастьянов – Проза

Звездное небо

Супруги Пластуновы укладывались спать, когда в квартире погас свет. «Глянь, у соседей тоже?» – сказала жена. Муж, Егор Палыч, вышел на балкон и обомлел. Нет, не оттого что света не было не только у соседей, но и вообще во всем районе, а от неба, которое он над собой увидал…

Богатое воображение

У Василия Егорыча Дружкина было настолько богатое воображение, что даже за обедом он непременно возьмет да вообразит что-нибудь эдакое. «Смотрите, у меня в руке вилка, а передо мной тарелка с салатом». Он поднял руку, демонстрируя вилку, и обвел взглядом стоявшую на столе селедку под шубой…

Натощак

На крыше дома напротив стоит высокая, рогатая телевизионная антенна; на антенне сидит красивая ворона; я смотрю на нее, любуюсь, а она смотрит то в одну сторону, то в другую. Но не на меня. Так и улетела, не взглянув. Однако я подозреваю, что она ничего на мой счет не проворонила…

Везучая продавщица

Посреди ночи у меня закончилась халва, поэтому я оделся и пошел в магазин, который круглосуточно рядом со мной. Я долго искал на полках привычную мне халву, но привычную почему-то не завезли, а непривычной мне не хотелось, и я взял палку полукопченой колбасы, тем более что по скидке…

Танцы и ложки

Сегодня Вера Сергеевна проснулась в половине девятого. Полежала немного в постели, стараясь в подробностях вспомнить свой сон. Последнее время ей снилось одно и то же: пышно цветущая яблоня, в ветвях которой прячется соловей, она его не видит, но он поет так горячо и волнительно, словно признается в любви своей подружке…

Жена-книголюб

В одной из петербургских подворотен мне встретился опустившийся человек Георгий. Не старый еще, лет под пятьдесят, но весь испитой и неухоженный, как бездомная шавка. Пожертвуйте, говорит, рублей десять на топливо для горького сердца. Я выгреб из кармана всю мелочь…

Постиранная память

Она развешивала на веревках постиранную одежду, а он стоял, курил и смотрел, но ее саму он не видел, а видел ее тень на сорочках и платьях. Вот в этом, в полоску, она была, когда они гуляли в ковыльном поле, а это, желтое, было на ней в Ильин день. Теперь они стали плоскими и без ее запаха…

Клеопатра

– Клео, умоляю тебя, не дуйся. Ну что нам какая-то неделя? Мы и на две разлучались, и даже на месяц… На месяц не было, нет? Ну все равно, неделя пролетит, как снег в октябре, не успеем опомниться. И от тоски ты не заболеешь, и от голода не помрешь, и вообще спи себе да спи, вся наша кровать для тебя одной…

Медведи виноваты

– Мне нужно с тобой поговорить, – однажды воскресным утром сказала Мария Павловна мужу, который держал во рту отвертку, потому что починял электромясорубку: вечером они ждали гостей, а гости были проинформированы и настроены на пельмени…

Крошка

В обеденный перерыв, в буфете, завскладом Павел Павлович признался продавщице Оленьке, что ему нравятся ее брови, а та в ответ щелкнула его пальцем по кончику носа. Павел Павлович растерялся, покраснел и до конца рабочего дня возбужденно задумался. Что это могло означать? И как на это реагировать?..